Бывшее дворянское имение Захарово, что в Московской области, называют «поэтической родиной» Пушкина. Усадебный дом, в котором прошло детство поэта, сохранился до сих пор. Когда-то он был куплен его бабушкой, Марией Алексеевной Ганнибал. Александр Сергеевич гостил у нее по нескольку месяцев в году. Здесь он узнал, как живет простой народ и здесь научился говорить по-русски…
Родители Пушкина уделяла сыну не слишком много внимания. Мать поэта - Надежда Пушкина - испытывала отвращение к любым домашним хлопотам. И потому с удовольствием отдавала маленького Сашу и его сестру в Захарово, на попечение бабушки, Марии Алексеевны Ганнибал. Александр Сергеевич называл бабушку не иначе как «мамушкой». В честь нее назвал свою первую дочь и конечно - написал стихи.
Ах! умолчу ль о мамушке моей,
О прелести таинственных ночей,
Когда в чепце, в старинном одеянье,
Она, духов молитвой уклоня,
С усердием перекрестит меня
И шепотом рассказывать мне станет
О мертвецах, о подвигах Бовы…
От ужаса не шелохнусь, бывало,
Едва дыша, прижмусь под одеяло,
Не чувствуя ни ног, ни головы…
В детстве Пушкин был ребенком пухлым и нерасторопным. Мать называла «увальнем» и «рохлей». Самооценки будущему поэту это не добавляло - полноты своей он очень стеснялся. По воспоминаниям сестры поэта, Ольги, он «своею неповоротливостью, происходившею от тучности тела, и всегдашнею молчаливостью приводил иногда мать в отчаяние. Она почти насильно водила его гулять и заставляла бегать».
Попытки родителей как-то растормошить ребенка чаще всего заканчивались в кабинете хозяйки дома. Маленький Пушкин попросту сбегал от нравоучений и прятался в бабушкиной корзине для рукоделия. Бабушка с внуком проводили вместе долгие часы. Мария Алексеевна знакомила маленького Сашу с захватывающей и романтичной историей жизни деда - Ибрагима Ганнибала. Позже именно эти рассказы легли в основу неоконченной повести Пушкина «Арап Петра Великого».
В это трудно поверить, но маленький Саша Пушкин почти совсем не говорил по-русски. Гувернерами будущего поэта и его сестры Ольги были французы. Мария Ганнибал французского не знала, а потому в доме своем запретила говорить на других языках, кроме русского. Именно бабушка привила будущему классику и любовь к чтению.
В шесть лет он уже "глотал" переводы Гомера и Плутарха, а в девять - поставил пьесу по мотивам мольеровского «Похитителя», единственным актером которой был сам. Зрителей тоже было не много. Вся публика была представлена его старшей сестрой Ольгой. Для Пушкина сестра была настоящим кумиром. Воплощением чистоты, скромности и изящества. Многие современники поэта говорят, что именно с нее, а вовсе не с какой-то из своих многочисленных возлюбленных, он писал онегинскую Татьяну. Ольге он доверял свои первые поэтические опыты и всегда прислушивался к мнению родного критика. Уже находясь в Царскосельском лицее, поэт посвятит такие строки:
Оставлю темну келью,
Поля, сады свои
Под стол клобук с веригой
И прилечу расстригой
Все знают, что няней Пушкина была Арина Родионовна. Но был у него еще и дядька (то есть нянька мужского пола) - Никита Козлов. Он служил еще при отце Пушкина Сергее Львовиче, и был человеком любознательным и настойчивым. Карьеру начал с того, что разжигал барину трубку. А в семнадцать лет сделался камердинером. Умел играть на балалайке и даже гитаре. И крестьянские и господские дети с удовольствием слушали Никиту Тимофеевича, когда он нараспев тянул сказки и баллады, которые наполовину сочинял сам.
И дядька, и нянька господских детей знали даже не с первых лет - с первых дней их жизни. Для старшей, Ольги, Арина Родионовна стала не просто няней - кормилицей. А сам поэт уже повзрослев скажет о ней: «Она единственная моя подруга, и с нею только мне не скучно»...
Источник: https://weekend.rambler.ru/items/36183223-poet-s-kudryavoy-golovoy-detstvo-aleksandra-pushkina/
